Суды рассматривали дело по иску лица о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и морального вреда. Истец отмечал, что работал в должности заместителя технического директора главного инженера по развитию. Генеральным директором обособленного подразделения государственного предприятия был издан приказ об изменении организационной структуры, которым, в частности, исключен из организационной структуры должность, которую занимал истец.
Истцом было подано заявление о переводе его на работу главного инженера или на другую вакантную должность, в соответствии с его квалификацией. Данное заявление было направлено на рассмотрение комиссии. Комиссия для определения преимущественного права на оставление на работе при увольнении работников в связи с изменениями в организации труда решила перевести на указанную должность другое лицо.
По ссылкам истца ему было предложено только рабочие профессии. Истец отмечал, что на предприятии были вакантные должности, соответствующие его квалификации, но заявления истца о переводе на другую должность игнорировались и на них назначали других работников, которые были менее квалифицированные. Ни одного предложения занять вакантную должность, соответствующую его квалификации не поступало. После ознакомления истца с вакантными должностями был издан приказ о его увольнении.
Суд первой инстанции удовлетворил частично исковые требования, признал незаконным и отменил приказ о прекращении трудового договора, восстановил лицо на должности и взыскал средний заработок за время вынужденного прогула.
Далее
В суд обратилась истец в собственных интересах и интересах детей и просила признать за ней и детьми право постоянного пользования жильем (сервитута) тремя комнатами в доме, принадлежащем ответчику, с правом закрывать эти комнаты собственными замками и не допускать в эти комнаты посторонних лиц, признать право постоянного свободного, круглосуточного пользования (сервитута) местами общего пользования.
Истец обосновывала иск тем, что находится в зарегистрированном браке с сыном ответчика, от которого имеет несовершеннолетних детей. Владельцем дома является ответчик, зарегистрировал ее и трех несовершеннолетних детей в нем, как членов семьи, фактически истец с детьми проживают в другом жилом доме, который построен ответчиком на территории домовладения. Истец указывала, что у нее и детей отсутствует собственное жилье, а после ухудшения брачных отношений с сыном ответчика, последний оспаривает ее право на пользование жильем. Также истец отметила, что вместе с ответчиком вела совместное хозяйство, собственными средствами оплачивала коммунальные услуги, принимала участие в реконструкции и ремонте дома.
Суд первой инстанции отказал в удовлетворении иска, поскольку пришел к выводу, что истец в понимании ст.ст.156, 64 ЖК УССР истец не была и не является членом семьи собственника дома так, как в построенном объекте на территории домовладения ответчика именно с владельцем постоянно совместно не проживали и не вели с ним общего хозяйства, а так же не имели взаимных прав и обязанностей.
Далее
Европейский суд по правам человека пришел к мнению, что право на защиту чести и достоинства не всегда превалирует над свободой слова. Соответственно, противоположная позиция российских судов признана нарушением конвенционных гарантий.
В своем решении от 3.10.2017 по делу «Novaya Gazeta and Milashina v. Russia» ЕСПЧ констатировал, что газета и журналист были наказаны за публикацию утверждения отца одного из погибших в 2000 году на подлодке «Курск» офицера, который обвинил должностных лиц Министерства обороны в злоупотреблении служебным положением.
Российские суды, отмечено в решении, исходили из того, что защита чести и достоинства во всех случаях превосходит право на свободу самовыражения. Но, как подчеркнул ЕСПЧ, это не так. И суды должны были указать особо веские причины для того, чтобы возлагать ответственность на СМИ за «мнение третьей стороны».
Фабула судебного акта: Так сложилось, что чаще всего банки предоставляют кредиты только при условии приобретения услуги по его обслуживанию. Однако в соответствии с абзацем 3 ст. 55 Закона Украины «О банках и банковской деятельности» банкам запрещается требовать от клиента приобретения любых товаров или услуг от банка или от родственного или связанного лица банка как обязательное условие предоставления банковских услуг. Это судебное дело, рассмотренное высшей судебной инстанцией, именно об этом.
Решением районного суда иск заемщицы кредитных средств был удовлетворен частично, — признано недействительным пункт 1.4 кредитного договора об установлении ежемесячной платы за обслуживание кредитной задолженности в размере 2,3% от первоначальной суммы кредита. В удовлетворении встречного иска Банка о взыскании задолженности по кредитному договору в сумме 105 тыс. 281 грн 41 коп. отказано.
Исковые требования основывались на том, что установленные пунктом 1.4 договора ежемесячной платы за обслуживание кредитной задолженности противоречит требованиям закона, а требование банка о досрочном возврате всей суммы кредита является изменением существенных условий договора, что и является, по мнению истца, основанием для его расторжения.
Решением апелляционного суда, оставленным без изменений ВССУ, указанное решение в части иска заемщицы о признании недействительным пункта 1.4 кредитного договора было отменено, в иске отказано, а встречный иск -задоволено, взыскано в пользу Банка указанные средства
Точку в этом деле поставил Верховный Суд Украины, отменив решения судов апелляционной и кассационной инстанций. Решение же районного суда в части удовлетворения иска о признании пункта кредитного договора недействительным ВСУ оставил в силе.
Решение ВСУ обоснованно следующими предписаниями действующего законодательства и соображениями:
— потребитель является уязвимой стороной договорных отношений, поэтому законодатель определился с усиленной защитой потребителей путем принятия Закона Украины «О защите прав потребителей» и Закона Украины «О потребительском кредитовании», который вступил в силу 10 июня 2017;
Фабула судебного акта: В 2015 году большое количество работников было уволено с работы на основании ч. 3 ст. 36 КЗоТ Украины в связи с призывом последних на военную службу, которой было предусмотрено в качестве основания для прекращения трудового договора призыв или поступление работника или владельца — физического лица на военную службу, направление на альтернативную (невоенную) службу, кроме призыва работника на военную службу по призыву по мобилизации, на особый период, но не более одного года.
Работодатели, пользуясь юридической неосведомленностью работников фактически заставляли последних писать заявления об увольнении. В то же время, законодательство, действовавшее на тот момента, а именно ст. 119 КЗоТ Украины четко указывала на то, что за работниками, призванными на военную службу сохраняется место работы, должность и компенсируется из бюджета средний заработок на предприятии.
В данном случае, лицо, было уволено с работы на основании ч. 3 ст. 36 КЗоТ обратилась в суд с иском о признании противоправным и отмене приказа, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула.
Верховный Суд Украины в постановлении от 13 сентября 2017 по делу №6-1517цс17 выразил свою правовую позицию о порядке защиты авторского права или смежных прав.
По предписаниям части первой статьи 52 Закона «Об авторском праве и смежных правах» за защитой своего авторского права и (или) смежных прав субъекты авторского права и смежных прав имеют право обращаться в установленном порядке в суд и другие органы в соответствии с их компетенцией.
Согласно статье 45 этого Закона субъекты авторского права и смежных прав могут управлять своими правами:
В пункте «г» части первой статьи 49 Закона «Об авторском праве и смежных правах» указано, что организации коллективного управления должны осуществлять действия, предусмотренные действующим законодательством, необходимые для защиты прав, управление которыми осуществляет организация, в том числе обращаться в суд за защитой прав субъектов авторского права и (или) смежных прав в соответствии с полномочиями и поручения этих субъектов.
Вместе с тем такая организация, предъявив иск, не является истцом, поскольку она обращается в суд за защитой прав субъектов авторского права (или) смежных прав, а не своих.
