В одному із судових рішень ВСУ пролунала фраза: “…встановлюючи обмеження щодо реалізації певного асортименту товару у окремих закладах в нічний час, відповідач діяв, перш за все, в інтересах територіальної громади, від якої ним було отримано ряд звернень щодо порушення тиші біля житлових будинків, підвищення криміногенної ситуації, що пов’язано з роботою нічних закладів торгівлі та продажем в них алкогольних напоїв. …”.
*Ухвала Львівського апеляційного адміністративного суду від 26.11.2013 р. №9104/86364/11
Яке значення це має для продавців алкоголю?
Справа в тому, що в деяких населених пунктах (наприклад, Львові, Хмельницькому, Луцьку, Тернополі тощо) міськими радами введені часові обмеження на продаж алкоголю з 22.00 вечора до 10.00 ранку. Переважно, страждають від цієї заборони супермаркети та магазини, які мають ліцензію на роздрібну торгівлю алкоголем.
Звісно, власники таких торговельних закладів “добровільно-примусово” підтримали цю ідею, навіть якщо й розуміли, що такі обмеження далеко їм не на користь. Вже не кажучи, що це прямі порушення прав споживачів… Але чи мали місцеві ради право накладати таке обмеження? ВСУ дійшов до висновку, що ні. Водночас місцеві ради не поспішають відмінити обмеження в часі на торгівлю алкоголем. Чому?
Нагадаємо, що з 2010 року заборонити або обмежити споживання пива (крім пива у пластиковій тарі), алкогольних, слабоалкогольних напоїв, вин столових та куріння тютюнових виробів сільські, селищні та міські ради в межах відповідної адміністративної території можуть лише на час проведення масових заходів (ч. 9 статті 15-2, ч. 3 статті 15-3 Закону №481). Також, у ч. 1 ст. 15 -2, ч. 1 ст. 15-3 Закону №481 наведений вичерпний перелік місць, де забороняється продаж пива (крім безалкогольного), алкогольних, слабоалкогольних напоїв, вин столових та тютюнових виробів. Відповідний перелік міститься й у п. 9 Правил роздрібної торгівлі алкогольними напоями. При цьому, в жодному з них не визначено, що такі місця може визначати орган місцевого самоврядування чи встановлювати постійну заборону, чи обмеження на продаж алкоголю.
Тобто за основним законом, який регулює торгівлю алкоголем, в місцевих рад прав накладати інші обмеження немає. Втім, варто з’ясувати, можливо сільські, селищні та міські ради в межах відповідної адміністративної території можуть встановлювати постійну заборону чи обмеження на вживання алкоголю за іншими нормативними документами?
Загальна і виключна компетенція сільських, селищних, міських рад встановлена статтями 25, 26 Закону №280. Перелік повноважень виконавчих органів сільських, селищних, міських рад в галузі житлово-комунального господарства, побутового, торговельного обслуговування, громадського харчування, транспорту і зв’язку встановлено ст. 30 Закону №280.
Згідно з пп. 4 п. «б» ст. 30 Закону №280 до делегованих повноважень зазначених рад належить встановлення за погодженням з власниками зручного для населення режиму роботи розташованих на відповідній території підприємств, установ та організацій сфери обслуговування незалежно від форм власності.
В результаті, значна кількість претензій від споживачів не надто вплинула на спори з міськими радами в судах (останні переважно підтримували позицію органів місцевого самоврядування**). Тобто, власники супермаркетів, інших магазинів, які торгують алкоголем, погодились з цим та підтримали таке рішення місцевих органів, навіть незважаючи на те, що такий продаж не зовсім узгоджувався з графіком роботи таких закладів. Скажімо, якщо магазин розпочинав роботу о 9 год ранку, то щоби не порушувати заборону на продаж алкоголю, відповідні зміни були внесені навіть до РРО (до 10 години ранку не друкуються касові чеки на алкоголь).
**Ухвали Львівського апеляційного адміністративного суду від 26.11.2013 р. № 9104/86364/11, від 14.05.2014 р. №80096/12/9104, постанова від 21.11.2013 р. № 9104/25241/10.
Але були й інші — ті, що через суди доводили, що споживач може вільно скористатись правом на придбання алкоголю в нічний час в закладах ресторанного господарства, що відповідає праву споживача на вільний вибір товарів та послуг (Ухвала ВАСУ від 01.10.2015 р. № К/800/31463/15).
І ось тепер ВСУ у постанові від 24.05.2016 р. № 21-873а16 вказує на те, що:
по-перше, до повноважень органів місцевого самоврядування належить виключно встановлення режиму роботи суб’єктів господарювання,
по-друге, встановлення органом місцевого самоврядування постійної заборони (обмеження) щодо торгівлі алкогольними напоями виходить за межі наданих йому Законом № 280 повноважень.
Тому, враховуючи цю позицію ВСУ, закладам громадського харчування, які не виконуватимуть рішення сільської, селищної чи міської ради та продаватимуть алкоголь у будь-який час доби (в межах режиму роботи самого закладу), можна вже не чекати з острахом штрафу в сумі 6800 грн (абз. дев’ятий ч. 2 ст. 17 Закону №481) або анулювання ліцензії.
Звісно, одне рішення ВСУ не вирішує усієї проблеми із такими заборонами. На жаль, в Україні не діє прецедентне право, а тому це рішення зможe застосувати лише сторона позову, щодо якого це рішення винесене. Та все ж таки добре, що така постанова ВСУ нарешті з’явилася, адже це інструмент для боротьби з бюрократичним свавіллям та корупцією. Якщо ним не користуватися, змін в країні не буде. Його можна і потрібно використовувати як аргумент на захист у майбутніх позовах, за якими, для більшої ефективності, слід вимагати не тільки скасування штрафів незаконно постраждалим суб’єктам господарювання, а й анулювання таких незаконних рішень місцевих рад.
Верховный Суд Украины сделал вывод об условиях, при которых государственный исполнитель может передать на реализацию предмет ипотеки в ходе принудительного исполнения решений судов о взыскании в пользу ипотекодержателя задолженности, что следует из обеспеченных ипотекой обязательств.
Об этом идет речь в Постановлении Судебной палаты в гражданских делах ВСУ от 27 апреля 2016 года №6-103цс16.
Так, нормы Закона Украины «Об исполнительном производстве» позволяют государственному исполнителю передавать на реализацию предмет ипотеки в ходе принудительного исполнения решений судов о взыскании в пользу ипотекодержателя задолженности, что следует из обеспеченных ипотекой обязательств, при следующих условиях: отсутствие у должника какого-либо иного имущества, на которое можно в первую очередь обратить взыскание; наличие задолженности исключительно перед ипотекодержателем.
В соответствии со ст. 54 настоящего Закона принудительное обращение взыскания на предмет ипотеки осуществляется государственным исполнителем с учетом положений Закона Украины «Об ипотеке».
К спорным правоотношениям подлежит применению норма ст. 45 Закона Украины «Об ипотеке», согласно которой публичные торги можно провести при наличии одного участника, приобретя имущество по его начальной цене.
С полным текстом судебного решения можно ознакомиться по ссылке.
Далее
Судебная палата по хозяйственным делам Верховного Суда Украины предоставила свою позицию относительно уплаты судебного сбора в размере большем, чем предусмотрено законом.
Установлено, что в рассматриваемом деле №3-283гс16 иск подавался о признании недействительными двух договоров хранения, то есть объединены два требования неимущественного характера, связанные между собой основаниями возникновения или представленным доказательствам.
Согласно п 2 п. 2 ч. 2 статьи 4 Закона Украины «О судебном сборе» при подаче в хозяйственный суд искового заявления неимущественного характера ставка судебного сбора составляет 1 размер минимальной заработной платы.
В соответствии с п 5 п. 2 ч. 2 статьи 4 Закона Украины «О судебном сборе» ставка судебного сбора за подачу кассационной жалобы на решение суда составляет 120 процентов ставки, подлежащей уплате при подаче искового заявления.
Поскольку в этом деле за подачу иска с двумя требованиями неимущественного характера подлежал уплате судебный сбор в размере 2 436 грн., То за подачу кассационной жалобы по этому делу судебный сбор составил 2 923 грн. 20 коп.
В то же время заявитель уплатил судебный сбор за подачу кассационной жалобы в размере 3 307 грн. 20 коп.
Уплата государственной пошлины в большем размере, чем определено Законом Украины «О судебном сборе», не является основанием для возвращения без рассмотрения кассационной жалобы заявителю, а является основанием для возврата переплаченной суммы судебного сбора в соответствии с п. 1 ч. 1 и ч. 2 статьи 7 Закона Украины «О судебном сборе».
Верховный Суд пришел к выводу, что требование к поручителю об исполнении им обязательств по договору поручительства следует предъявить в судебном порядке в пределах срока действия поручительства, т.е. в течение шести месяцев с момента наступления срока погашения очередного платежа по основному обязательству (если условиями договора предусмотрено погашение кредита периодическими платежами), либо со дня, установленного кредитором для досрочного возврата кредита в порядке реализации им своего права, предусмотренного ч. 2 ст. 1050 ГК, или со дня наступления срока исполнения основного обязательства (если условиями договора предусмотрено погашение кредита единовременным платежом).
Об этом идет речь в Постановлении Судебной палаты по гражданским делам Верховного Суда от 20 апреля 2016 года №6-2662цс15.
Так, согласно ч. 1 ст. 559 ГК, поручительство прекращается, в частности, в случае изменения обязательства без согласия поручителя, вследствие чего увеличивается объем его ответственности.
Такое увеличение ответственности может произойти вследствие изменений обеспеченного поручительством обязательства, непосредственно направленное на повышение суммы кредита, процентной ставки за пользование кредитом, пени и т.п., или на включение косвенно обременительных условий ответственности поручителя, в частности, путем сокращения сроков возврата кредитов.
В пересматриваемом деле суды установили, что дополнительными соглашениями к кредитным договорам внесены без согласия поручителей изменения, которые привели к увеличению объема ответственности поручителей, что было установлено в ходе судебного разбирательства и не опровергнуто кредитором.
В частности, этими дополнительными соглашениями был сокращен срок возврата кредитных средств, что привело к увеличению периода начисления повышенной кредитной ставки, а следовательно, и к увеличению объема ответственности поручителей.
Таким образом, в пересматриваемом деле есть основания считать поручительство прекращенным, поскольку в дополнительных соглашениях к кредитным договорам, заключенным без согласия поручителя, заложены условия, что вопреки положениям ч. 1 ст. 559 ГК увеличивают объем ответственности поручителя.
Вместе с тем установление без согласия поручителей дополнительными соглашениями к кредитным договорам условий по уплате дополнительных платежей — комиссий за пролонгацию кредитных договоров и внесения изменений в них — не является основанием для прекращения поручительства в порядке этой нормы, учитывая то, что комиссионное вознаграждение не считается долговой суммой, поскольку было уплачено заемщиком уже при подписании соответствующих дополнительных соглашений, а потому не приводит к увеличению ответственности поручителей.
Согласно ч. 4 ст. 559 ГК, поручительство прекращается по истечении срока, установленного в договоре поручительства. В случае, если такой срок не установлен, поручительство прекращается, если кредитор в течение шести месяцев со дня наступления срока исполнения основного обязательства не предъявит требования к поручителю. Если срок основного обязательства не установлен или установлен моментом предъявления требования, то поручительство прекращается, если кредитор не предъявит иска к поручителю в течение одного года со дня заключения договора поручительства.
Условия договора поручительства о его действии до полного прекращения всех обязательств должника свидетельствуют о том, что договором установлен срок прекращения поручительства в понимании ст. 251 ГК, поэтому в этом случае подлежат применению нормы ч. 4 ст. 559 настоящего Кодекса о прекращении поручительства, если кредитор в течение шести месяцев со дня наступления срока исполнения основного обязательства не предъявит требование к поручителю.
Срок, предусмотренный нормой ч. 4 ст. 559 ГК, является преклюзивним (прекращающим), т.е. его окончание является основанием для прекращения поручительства. В случае пропуска кредитором срока заявления требований к поручителю этот срок нельзя восстановить, остановить или прервать. Суд обязан самостоятельно применять положение о сроке, предусмотренное этой нормой, в отличие от исковой давности, которая применяется судом по заявлению сторон. Если поручитель за пределами срока ошибочно выполнит уже фактически несуществующее обязательство, то он может по своему выбору требовать возврата исполненного как неосновательно приобретенного кредитором.
Истечение срока, предусмотренного нормой ч. 4 ст. 559 ГК, приводит к прекращению обязательств поручителя, а следовательно, и отказу кредитору в иске при обращении в суд.
Учитывая преклюзивний характер срока поручительства и обусловленное этим прекращение права кредитора на реализацию обеспеченного поручительством обязательства, примененное во втором предложении ч. 4 ст. 559 ГК, словосочетание «предъявление требования» к поручителю в течение шести месяцев со дня наступления срока исполнения основного обязательства как условия действия поручительства следует понимать как предъявление кредитором в установленном законом порядке в течение указанного срока именно искового, а не любого другого требования к поручителю.
Это утверждение не лишает кредитора возможности предъявить к поручителю другое письменное требование о погашении задолженности должника, однако и в этом случае кредитор может обратиться с таким требованием в суд в течение шести месяцев со дня наступления срока исполнения основного обязательства.
Срок поручительства не является сроком для защиты нарушенного права. Это срок существования самого обязательства поручительства. Таким образом, и право кредитора, и обязанность поручителя после его окончания прекращаются, а это значит, что никаких действий по реализации этого права, в т.ч. и применение принудительных мер защиты в судебном порядке, кредитор совершать не может.
С полным текстом судебного решения можно ознакомиться по ссылке.
Далее
Верховный Суд Украины пришел к выводу, что в случае, если страхователь или водитель застрахованного транспортного средства, которое повлекло ДТП, не сообщил в установленные сроки страховщика о наступлении такого события, в результате чего у последнего возникли необоснованные выплаты, то после выплаты страхового возмещения страховщик имеет основания для регрессного иска к страхователю.
Об этом идет речь в Постановлении Судебной палаты в гражданских делах ВСУ от 22 июня 2016 года №6-1253цс16.
Подпунктом 33.1.4 п. 33.1 ст. 33, подпунктом «г» подпункта 38.1.1 п. 38.1 ст. 38 Закона Украины от 1 июля 2004 года №1961-IV «Об обязательном страховании гражданско-правовой ответственности владельцев наземных транспортных средств» (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) установлена обязанность лица безотлагательно, но не позднее трех рабочих дней со дня наступления дорожно-транспортного происшествия (далее — ДТП), которое может быть основанием для осуществления страхового возмещения, письменно уведомить страховщика о наступлении ДТП. Такая обязанность установлена законодательством для предоставления страховщику возможности проверить обстоятельства ДТП собственными силами и предотвратить необоснованные выплаты.
Итак, учитывая содержание приведенных правовых норм, можно сделать вывод, что в случае, если страхователь или водитель застрахованного транспортного средства, которое повлекло ДТП, не сообщил в установленные сроки страховщика о наступлении такого события, в результате чего у последнего возникли необоснованные выплаты, то после выплаты страхового возмещения страховщик имеет основания для регрессного иска к страхователю.
Вместе с тем при наличии у страхователя или водителя документально подтвержденных уважительных причин неисполнение своих обязанностей уведомления страховщика о ДТП оснований для взыскания страхового возмещения в порядке регресса нет.
В деле, которое пересматривается, суд первой инстанции, установив, что ответчик как водитель застрахованного транспортного средства физически не смог прибыть к страховщику, с которым заключен договор обязательного страхования гражданско-правовой ответственности владельцев наземных транспортных средств, и сообщить о ДТП, поскольку находился на лечении, о чем даны соответствующие документы, и что работник ЗАО «СК» Провидна» принял сообщение о ДТП от сына ответчика, пришел к обоснованному выводу об отсутствии правовых оснований для взыскания страхового возмещения в порядке регресса.
С полным текстом судебного решения можно ознакомиться по ссылке.
Далее
Верховный Суд Украины пришел к выводу, что обязанность по уплате арендной платы является нормативно урегулированной и не может определяться или изменяться, а также прекращаться сторонами договора по собственному волеизъявлению.
Об этом идет речь в Постановлении Судебной палаты в гражданских делах ВСУ от 11 мая 2016 года №6-824цс16.
По смыслу ч. 1 ст. 203, ч. 1 ст. 215 ГК, основанием недействительности сделки является несоблюдение в момент совершения сделки стороной (сторонами) требований, установленных частями 1-3, 5 и 6 ст. 203 настоящего Кодекса, и, в частности, когда содержание сделки противоречит ГК, другим актам гражданского законодательства.
Согласно ч. 1 ст. 632 ГК, цена в договоре устанавливается по договоренности сторон. В случаях, определенных законом, применяются цены (тарифы, ставки и т.п.), устанавливаемые или регулируемые уполномоченными органами государственной власти или органами местного самоуправления.
По смыслу ч. 1 ст. 15 Закона «Об аренде земли», одним из существенных условий договора аренды земли является арендная плата с указанием ее размера, индексации, форм платежа, сроков, порядка ее внесения и пересмотра и ответственности за ее неуплату. Отсутствие в договоре аренды земли одного из существенных условий, предусмотренных этой статьей, а также нарушение требований статей 4-6, 11, 17, 19 настоящего Закона является основанием для отказа в государственной регистрации договора аренды, а также для признания договора недействительным в соответствии с законом.
Арендная плата в соответствии со ст. 21 Закона «Об аренде земли» — это платеж, который арендатор вносит арендодателю за пользование земельным участком. Годовая арендная плата за земельные участки, находящиеся в государственной или коммунальной собственности, не может быть меньше размера земельного налога, который устанавливается Законом «Об оплате за землю», и превышать 10% их нормативной денежной оценки.
Ч. 1 п. 289.1 ст. 289 НК и ч. 1 ст. 13 Закона «Об оценке земель» предусмотрено, что для определения размера арендной платы для земель государственной и коммунальной собственности обязательно проводится и используется нормативная денежная оценка земельных участков, которая представляет собой капитализированный рентный доход (доход, который можно получить из земли как фактора производства в зависимости от качества и местоположения земельного участка), определенный по установленным и утвержденным нормативам (ст. 1 Закона «Об оценке земель»).
Учитывая вышесказанное, можно сделать вывод, что обязанность по уплате арендной платы является нормативно урегулированной и не может определяться или изменяться, а также прекращаться сторонами договора по собственному волеизъявлению.
Учитывая, что соблюдение надлежащего экономического регулирования земельных правоотношений, обеспечение поступлений платежей по арендной плате в местные бюджеты в законодательно определенных пределах путем их верного правового регулирования непосредственно относится к интересам государства, ошибочно считать факт непроведения нормативной денежной оценки в порядке установленным законодательством, чисто формальным основанием для признания спорного договора недействительным.
С полным текстом судебного решения можно ознакомиться по ссылке.
Далее
